В семидесятых мне посчастливилось работать в старом летнем Днепропетровском цирке с программой известной дрессировщицы Терезы Дуровой. Да, именно работать, в цирке принято говорить не выступать, а работать.
Среди разных животных аттракциона была и одинокая старая дама, шимпанзе Маня. Тереза Дурова и её ассистенты с нежностью относились к Мане, зная её обидчивый характер. У Мани была своя комната с окном во двор, у которого вечно проходил турнир оркестрантов по нардам. Среди болельщиков был вечно подвыпивший тромбонист. Он постоянно дразнил Маню, обзывая разными непристойностями. Маня отворачивалась спиной и закрывала уши. А когда терпение иссякало, она создавала неимоверный грохот, тряся клетку. На шум прибегали ассистенты и дрессировщица. А виновник трусливо умолкал. Однажды, во время антракта, музыканты расположились у открытого окна Мани и продолжали незаконченный турнир. И этот тромбонист среди болельщиков. Он снова начал оскорблять старушку. Маня терпела, терпела, а потом неторопливо опустила руку к своей попе, щедро испражнилась в просторную ладонь и мгновенно, броском бейсболиста запустила это «добро» в тромбониста. Конечно, досталось и тем, кто заслонял окно со свежим воздухом в эти жаркие летние дни.
После этого окно комнаты Мани никто не заслонял.