Наш автобус зарулил к городскому Дворцу спорта. Здесь завтра с утра наше представление. А администратор не позаботился заранее забронировать места в гостинице, вот и пришлось нам устраиваться на ночь в просторном и холодном спортивном зале. Я нашёл горку сложенных спортивных матов, улёгся и укрылся поролоновым матом, который потоньше. Наша гимнастка устроилась на другой стопке матов и увидев другой поролоновый мат, что потоньше, и обратилась к нашему турку эквилибристу, Ахмет покрой меня матом.
Ахмет с удивлением уставился на неё. Ну что ты как истукан молчишь? Покрой меня матом, настаивала она.
Вдруг Ахмет разразился таким матом, на турецком, арабском русском и даже вплёл пару слов на грузинском.
Гимнастка опешила. Я успокоил её, сама просила, покрой меня матом.
Ахмет виновато притих. А я анализировал его познания русского и грузинского мата, не говоря об турецком и арабском. В России он прижился бы, заключил я.