И началась моя цирковая романтика.

Ну а теперь о главном.
На днях вспоминали ветерана советского цирка и иллюзиониста Ван Тен Тау.
Я даже подпрыгнул от радости воспоминаний своего начала в цирке.
А было это так.
Не успел я поступить в ГУЦЭИ как меня выперли за то, что подленького однокурсника отправил в травматологию, где его перебинтовали так, что один курносый нос торчал из той упаковки.
Директор училища Александр Маркянович Волошин вызвал меня и *проинструктировал*. Если я останусь в училище, то у милиции будут вопросы ко мне, а если я соберу свои монатки и уберусь из училища, то на нет и суда нет. Я последовал его совету и убрался.
Ну куда мне идти, в не знакомой Москве? Я пошёл плакаться к знакомой цирковой гимнастке из Тбилиси, сестре моей руководительницы художественной самодеятельности, к Людмиле Свидерской. Кстати, она и Руслан Духновский наглядно убедили меня, что цирк искусство молодых и красивых. И я заболел цирком. По её рекомендации на следующий день меня приняли в Московскую группу цирк на сцене в качестве униформиста и немедленно командировали по месту гастролей одной из программ в Кинешму.
Вы не представляете какая красота в этом провинциальном русском городке, утром в зимнюю пору. Помните у Саврасова *Грачи прилетели*? Видимо он это здесь увидел. Я быстро нашел местную гостиницу. Мне показали дверь номера, где цирковые обитают. Я вошёл и смутился. Мне показалось я не туда попал. Многоместный номер. Порядка 15 кроватей и все заняты. Мужчины, женщины, дети. Как одна большущая семья в однокомнатной квартире. Это и была группа артистов программы Ван Тен Тау. В отеле не было свободных мест, поэтому непривередливые цирковые разместились по-семейному. Я представился. Все обрадовались появлением униформиста, ассистента. Позже меня представили руководителю группы Сергею Валентиновичу Ван Тен Тау. Приветливой улыбкой он меня успокоил и пообещал, что мне с ними понравится работать.
И началась моя цирковая романтика. Меня поселили с водителем нашего автобуса, на котором группа разъезжала по отдалённым населённым пунктам России. Водитель, грузный хряк, как он умудрялся вращать баранкой, которая туго упиралась в его надутое пузо? И ещё одна погрешность у него была. После работы группа приезжала с дальних точек и расползались кто на покой, кто в ресторан поужинать, а мой сосед по номеру, наяривал лук с салом, потом рыгнёт, без стыда громко пукнет и сразу засыпает с тревожным храпом.
А программа группы была действительно прекрасной. Тут был старый антиподист Афонский, с которым я быстро подружился. Ковёрный Корчагин, которому я ассистировал на правах партнёра, удивительно красивая пара, как помню Михайловы, они работали мнемотехнику. Он ходил по залу с аккордеоном, зрители показывали денежные купюры, разные удостоверения, он наигрывал мелодии, а она красавица, с завязанными глазами стояла на сцене и называла имя фамилию и номера удостоверения предъявленного зрителями и номера денежных купюр.
Были и другие интересные номера. А на финал работал Ван Тен Тау. В китайском стиле, с оригинальным *китайскими атрибутами*, что вообще переносило зрителей в экзотический Китай. Меня поражал оригинальный трюк. Он рисовал на холсте природу, веточку дерева и на нём соловья. Мгновенье и рисованный соловей с холста оказывался живым в руках иллюзиониста. А ещё его трюк, рисует море и лодочки, и вдруг всё оживает. Лодочка плывут по синему морю.
Да и в жизни он интересная личность. Я не говорю о цирковых его амплуа, это само собой, он прекрасный живописец. Необыкновенно выразительные цвета красок создавали особый колорит и настроение изображениям. Подобное я позже встречал в Африке, в школе Пото Пото.
Он был доброжелательным собеседником и не лишён чувства юмора. Бывали и смешные эпизоды в той романтике. Помню идём с моим другом Афонским мимо ресторана, над входом табличка*Отпуск обедов на дом со скидкой 20%*. Афонский заинтересовался и нырнул в ресторан. Скоро вернулся и с огорчением сообщил, скидка только на обед, а на водку к обеду без скидки.
Как-то едем на нашем автобусе, фары высвечивают впереди обгоняющее нас автомобильное колесо. Наш Хряк водитель удивился,
-Чьё это колесо?
Ван Тен Тау порекомендовал, пересчитай свои.
-И точно это наше.-проворчал водитель, когда автобус клюнул носом в сугроб. А был и кошмар. Ночью в дороге испортился автобус. Стоим в снежной ночной пустыне. Мороз и пурга. Ждать помощи не откуда. Водитель стал разбирать мотор, меняя прокладку под головку цилиндров. И я решил помочь. Как ни как, в прошлом в прошлом мотогонщик. От мороза инструменты прилипали к рукам. Пальцы рук побелели. Своих ног не чувствовал, на ногах обувь для сцены, не рассчитаны на тридцатиградусный мороз. Меня отогревала вся группа. Сергей Валентинович налил мне с термоса горячее кофе и добавил туда коньяк. А мой друг старичок Афонский протянул стакан водки. Вот такой заботливый, и как единая семья был славный коллектив группы Ван Тен Тау.
Рассказал всё и ничего. Что поделаешь, это было в начале шестидесятых. Попробуй всё помнить.